Марш Славянок

Первый Марш.
- Короче, ты это... - Дашка курила, нервно пряча шею в ворот пальто, - увидишь ее там... приметная такая… 
- Чего я-то?! - взбунтовалась я, - Чего?! Мне-то за что?! - ветер дул в уши и я чувствовала как мое, застуженное еще в детстве, внутреннее нещадно болит. 
- А кто?! - разъярилась Дашка, - мне оно надо?! Мне?! 
- Бля-я-я-я... - расстроилась я, - ну тя в жопу... - и развернувшись на каблуках направилась к Гостиному - искать. 
Девица действительно была приметная. Более чем. 
- Во, бучина... - поразилась я. 
- Такая... славянка, одним словом... - прокряхтела в ухо Дашка. 
- Спасибо те... родная, - от души поблагодарила я Дашку. 
- Нет, но ты знаешь... такая затейница! Такая затейница... - оправдываясь, Дашка припрыгивала за мной, пытаясь не отстать. 
- Блядищи... - буркнула я, и решительно подвалив к девице, как можно нежнее пожала ей руку, - Здрассссьте... 
- Это Вы?! - обалдел буч, - нет, вы - это Вы?! 
- Нет, я это, действительно, не я... а в чем, собственно, проблемы?! 
Где-то сзади Дашка задыхалась от тихого, но истерического смеха. 
- Я думала, вы гей... - тихо, но с угрозой, промычала Славянка. 
- Нет, я не гей, но типа того... 
- Того кого... кто?! - тормозила вражья морда. 
- Конь в Пальто и Чудо в Перьях!.. 
- Обижаетесь?.. - пригрозила славянка. 
- Нет, ну какие обиды! Нет, ну какие могут быть обиды!!! - злость и ярость не давали просто плюнуть Дашке в бесстыжие глазищи. 
- Ланно, девоньки, - Дашка была настроена миролюбиво, - Вам вместе не спать, и неча друг на друга кидаться. 
Славянища уставилась на меня во все свои бучьи зенки и трубно протрубила: 
- Так это не Вы?! Не вы?! 
- Нет, дама, не я... - поспешила успокоить я ее, - а ОНА ждет нас уже давно... ВОДКА СТЫНЕТ!!! 
- Маргарита... - внезапно нежным басом представилась славянка, - Палнна, но можно без отчества... - упоминание о водке, видать, подействовало на нее благотворно, - чисто по дружески... 
Я хрюкнула, но промолчала. 
Но Дашка-то молчать не стала! 
- Ой, это ж совсем как в кино! Да?!... - и чего-то там еще щебетала, внезапно преобразившаяся Дашка. 
Я смотрела, как она цвела и подозревала, что сейчас она начнет пахнуть. 
- Ты чего? - одернула я ее, когда Марго (как нежно называл ее Дашулек...) отвернулась вслед продефилировавшей мимо клаве. 
- Ты чего творишь-то?! 
- А чего?! 
- Ты на нее только глянь... Дашка, калибр не тот! 
- Думаешь, не тот? - и Дашка озабоченно осмотрела свои руки, - ни чего... не переживай, пристреляюсь. 
- Ну-ну... смотри, пальцы не переломай, пристреливаясь-то... 
Бабы суки. Бабы стервы. Но что бабы бляди - никогда не привыкну. 
Притопали. 
- Осторожней, Маргоша, тут темно. 
Я подавилась собственным горлом: Маргоша! Маргоша, бля! Звездануть бы между зенок, что б очухалась - так ведь не поможет. 
Позвонили в звонок и нам открыли: 
- Познакомьтесь, - торжествующе прошипела я, - это Маргарита Паллна!.. 
Дашка была сразу же забыта. 
- Ах, проходите, проходите... тут тапочки... ой, осторожней, здесь немного тесновато. 
Марго что-то утробно бубнила, счастливо блистая белками глазищ в темноте. 
- Откуда они берутся... клавы эти, - расстройству Дашки не было предела, - и эта тоже хороша... кобелина! 
Я была злорадно рада и скрывать этого не собиралась. 
- Ой, но ведь Маргоша такая затейница! Такая за... 
Моему убийству помешала лишь возникшая в дверях хозяйка флета: 
- Че стали? - внезапно прокуренной глоткой кинулась в нас, - заходите... 
Девиц было не меренно. Маргоша прилипла к жопе хозяйки (которую, по-моему звали, то ли Ника, то ли Вика, то ли Лика...) и не отставала от нее ни на шаг. На диванчиках и вообще, везде, примостились разнообразные лесбиянки всяческой направленности: от дайков и клав до особ непонятно-гетеросексуального вида. Алчно хрюкнув Дашка ринулась клеить тетенек, а я озаботилась проблемой употребления спиртного. 
- Каков бомонд? - манерно играя бровями, девица держала двумя пальчиками мундштук не меренной длины, - не находите?!... 
- Говорят, и оргия будет... - доверилась мне другая, и томно взглянув друг на друга они принялись облизывать друг друга. 
В прямом смысле. 
- Здесь всегда... говорят, - потертого вида девица, с лицом Дебрянской в расфокусе, созерцала пучок редиса, - а дело кто будет делать?! Я вас спрашиваю?!!! - спросила она меня и упала знаменитым лицом в салат. 
- Матушка, да вы нарезались, - пожалела ее какая-то дама неясных контуров, сплошь в золотых зубах и длинных ногтях розово-блювотного лака, - голубушка, нельзя же так... 
Откровенно позавидовав дебрянсколицей даме, я тоже собралась было нарезаться, но тут возникла Митя. 
- Хах... и ты, Брут!!! 
- И я, Митя, - грустно созналась я. 
- Как жизня?! Как обычно хуево, или как обычно ОЧЕНЬ хуево?! 
- Нормально, - пробурчала я, пытаясь зубами окрыть бутылку с символичным названием: "НАША ВОДКА". 
- Дай, - Митя мощным движением свернула пробку, - вон, глянь - новая моя... - и она кивнула куда-то в сторону сортира. 
В сортире мощно блевали. 
- Видишь?! 
- Слышу... 
- Хорошая, правда? - Митькина гордость не знала предела. 
- Мда, неплоха, - констатировала я факт, разливая водку, - громкая только больно. 
- Что есть, то есть, - вздохнула Митька, - что ж... за нас! - и мы с ней выпили. 
- На заре ты ее не буди - на пизде у нее бигуди!!! - споэтила вдруг "Дебрянская" закусывая укропчиком, - Пиздеееец, - пропела она и вновь вырубилась. 
- Надо ж, как человека колбасит, - посочувствовала Митька. 
- Мда. 
И мы с Митей немного подумали. Каждый о своем. Потом подумали еще, но уже вместе: 
- Выпьем, - решили мы. 
- Все тетеньки по парам, - печально возникла Дашка, - и сдается мне, я тут одна не при пизде... по крайней мере, сегодня. 
- Не отчаивайся, - Митька была полна энтузазизма, - вон, "Дебрянская" в салате пропадает... 
- Ой... - перепугалась Дашка, - я ж столько не выпью. 
- Выпьешь, выпьешь... - заверили мы ее. 
В глубине уже кто-то завел излюбленное: 
- Поле-е-е... русское поле... - и нестройные голоса подтягивали кто в лес, кто по дрова. 
- Дурдом, - совершенно трезво вдруг констатировала "Дебрянская", снимая с лица остатки "Оливье", - пойду-ка я до дому. 
- Морковку из носа вынь, - Дашка была расстроена предельно: пальцы дыбом, а засунуть не в кого, - что девоньки, мне терять неча... окромя невинности кАААнешно... Пойдем что ли, - и она вытерла майонез с лица "Дебры", - только к тебе, а то ты мне своим фэйсом всех соседей распугаешь... Покедова, крали! 
- А у меня бы не встало, - задумчиво констатировала Митька, - на такое... хотя, если под майонез... да под водку... 
- Да под хорошую тетку.... - закончила я ее мысль. 
Она в задумчивости уставилась на свою зеленовато-муторную подругу. 
- На хуй она мне нужна? - вдруг спросила меня Митька, - вот, на хуй?! 
- Хм... надо же что бы кто-то рядом шевелился, - весь укропчик умяла "Салатная" и мне было положительно грустно, - Что за наглость, - наконец не выдержала я, - здесь даже оливок нет! Хамство! Ты им дефицитных бучей приводишь, а у них мордами в салатах спят! Даже не пожрать как следует! 
Похоже, я обиделась. 
- Пойдем, что ли... - Митька замочила вторую половину в ванну и мечтала тихо испариться, - тут на углу жареных собак продают... 
- Ага. 
На кухне лошадино ржала Маргоша, мощным бюстом размазывая хозяйку об стену - дело клонилось к логическому завершению. 
Спускаясь по бесконечным ступеням, мы с ужасом шарахались от: 
1) в такт раскачивающейся лампочки 
2) на доли сыплющейся штукатурки 
3) ритмично содрогающихся стен. 
- Эк... они сегодня... маршируют. 
Сверху раздался ужасающий вопль. 
Это Маргоша. 
Кончила. 


Второй Марш Славянок.
- Стой, собака серая, мы приехали! - раздолбанная "копейка" лихо оставила не мерянный тормозной по мостовой, стерла покрышки до мяса и выкинула нас из своего нутра на загазованный Литейный. 
- Ну и че?! Дальше-то куда?! - Дашка, наверное, и спала с цигаркой во рту... уж не знаю, как она целуется, - Дальше, говорю, куда?! 
- Где-то тут было... - немного растерявшись Митенька озиралась по сторонам, - тут где-то домик такой... 
- В стиле Северный Модерн? - по-гейски манерно поинтересовалась злая Дашка. 
- Ну да... 
- Да, блядь! Здесь все дома в этом ебаном модерне! Все! Как один! Глаза разуй!!! 
- Да не-е-е-е... там еще бачок помойный был... 
- А-а-а-а... - и мы сразу успокоились. Бачок на Литейном - приметная вещица, в историческом центре мусор обычно старательно раскидывают вдоль раритетных домов, а ТУТ!!! Бачок!! 
- Вон!!! Вон он!! - и Митенька бросилась со всех ног. 
Мы нашли ее, завороженно-потрясенную, созерцающую моднявую мемориальную табличку над банальной дверью "аля-евростандарт", такие двери нынче вещают везде, начиная банками и заканчивая общественными гальюнами. 
- Ты, что... - Дашка толкнула Митеньку в плечо, - остолбенела, как член по весне?! А? 
- Воооо - и Митькин перст-указующий очумело ткнул в вывеску. 
- И че?! - уставилась на написанное Дашка... - Пиздец, - прошептала она, медленно, как корова траву, зажевывая сигарету, - Пиздец полный... 
Надпись гласила: 
"Санкт-Петербургский Государственный Институт Молодых Дайков" 
- Ни, хуя... - потряслась я, - Государственный... 
- Врут, - твердо сказала Дашка, приступая к поеданию второй папироски, - кто бы им лицензию дал?... 
- Точно, врут, - подтвердила Митька, - мож, это Высшие Курсы какие?! 
- А-а-а-а... - я попинала ботиночком ступеньку, - тогда они дипломов не дают... Сертификаты. 
- Короче, говно, - Дашка была принципиальна, - по мне этим Сертификатом - жопу вытереть. То ли дело Диплом! Представь: Дипломированный Дайк! 
- Да, да... аспирантура, диссер... 
- Трипер! а не диссер, все пальцы сотрешь, пока до аспирантуры доберешься... 
- Злая ты, - Митенька с укором взглянула на меня, - интересно, а педагоги у них симпатишные?! Тетеньки?! Зрелые?! В самом соку?!... С такими морщинками сексуальными?! 
- Проводят практические занятия... 
- Опыты всякие ставят... 
- Наглядные пособия, опять же... 
- Ох, девки, - на Дашку было смотреть жалко, - не томите, уже в сосках свербит! 
- Хм... - и мы закурили... 
Потом опять закурили. Помолчали. И еще раз закурили. 
Докурить мы не успели. Видать лекции закончились и из дверей на нас устремилась толпа молодых дайков. 
Все: 
а) Наголо бритые. 
б) В военных штанах. 
в) Тяжелых говнодавах. 
г) Белых маечках и без лифчиков, с татуировками на предплечья и непременно с сережками во всех местах. 
- Как в тюрьме... - прошептала потрясенная Дашка. 
- Хуже, - обиделась за зону Митечка, - они тут по-своей воле... 
- Как в Китае... все на одно лицо. 
- Они все, наверное, и трахаются одинаково, - расстроилась Дашка. 
- Ну, да... по одной же схеме обучались... 
- Пиздец.... полный. 
И развернувшись, мы потопали ловить тачку. 
Домой. 
К необразованным. 


Последний Марш Славянок
- Слушай... - Митенька пребывала в явной печали, что впрочем, было естественно, не естественно было то, что и Дашка тоже была грустна.... но и не это было самым странным, вся загвоздка заключалась в том, что и мне тоже было хуево. 
Нонсенс. 
- Ааааааааааа... 
Дуры весенние. 
- Слуушай... - Митенька жадно втянула носом воздух по направлению к рядом пахнущему ларьку шавермы, - пивка бы... и это... пожрать чего? 
- Мда, - и Дашка полезла шхерить по карманам, - оно, конечно, неплохо бы... 
- Угощаю. - буркнула я и довольные девки сглотнули слюну. 
Обкапываясь майонезом, ловя ртом вываливающиеся из шавермы огурчики, лучок и прочую снедь, мы, высказывая явный не патриотизм, пили московское пиво и довольные, болтали ногами + языками (не подумайте плохого - мы разговаривали). 
- А что, правду говорят... - Митенька пульнула в воробья куском лепешки, - что по весне фригидность обостряется? 
- Это у кого чего обостряется... - Дашка отхлебнула "Очаков" и залив пеной весь бушлат и ботинки, тоскливо посмотрела на меня, - у меня вот, все обостряется... ВСЕ! Окромя фригидности. 
- "ВСЕ", это чего? - Митенька разморенная первым солнышком щурилась и все жалела воробьев. 
- "ВСЕ" это все то, что очень даже не фригидность... 
- Чего? - непоняла я. Пугаюсь умных фраз. 
- Да, бля! - Дашка тряхнула зло тряхнула пивом (которое тут же кончило), - трахаться охота! Вот чего! Ебаться! 
- Ааааа... - оно понятно. Куда уж понятней. 
- ВАУ!!! - прохрипела вдруг Митенька, - какая тетенька!!! 
- Тренер по фитнесу? Гимнастка? - высказалась я. 
- Содержанка чья-нибудь... - предположила Митенька. 
- Блядища. - отрубила Дашка. 
- Нееее... блядищи в таких местах не водятся, - Александровский парк кишит детьми младшего школьного и менее сознательного возраста - зоопарк рядом, - какие тут могут быть бляди?!... 
- Бляди либо могут, - Митенька ударилась философствовать, - либо нет. 
- Бляди либо есть, либо их нет... 
- Бляди были, есть и всегда будут... 
- Блядей имели, имеют и будут иметь... 
- Блядь, это не профессия, это форма существования. Способ мысли. 
- Блядь - это звучит гордо! 
- Блядь... 
Выпили. 
- Так жить... - констатировала Дашка, зыркая по сторонам, - нельзя. 
- Девочки, который час, не подскажите? - мы тихо, но дружно выпали в осадок. 
- ОНА! 
- Пол пятого, - краснея прохрипела Митечка, соскальзывая в небытие. 
- Что ж Вы, дама, наделали! - ловя на лету Митечку расстроилась Дашка, - довели бедную герлу до инфаркта. 
- Вам должно быть стыдно, - мрачно приговорила я, - так ведь человека и покалечить недолго... 
- Ой, - перепугалась Тренер-Содержанка-Блядь, - я же ненароком, я же только время спросила... 
- Не вовремя Вы это, - грозно нахмурилась Дашка, - не под руку... 
- Может быть, ей искусственное дыхание сделать? - предложила Т-С-Б. 
- Ага, - отозвалась я, - она очнется и ЧТО она увидит?!... Это еще ладно... а вот, ЧТО она почувствует?!...- и мы с Дашкой многозначительно переглянулись... 
- Нет, нет, нет!!! - замахали руками, - исключено! Исклю-че-но! 
- Ну, тогда хотя бы ворот ей расстегните... и кислороду побольше, побольше! 
Ворот расстегнули. Чего нам, жалко что ли? Кислорода... 
- Оххх... - Митенька медленно, но верно, приходила в себя, - Кто? Где я? С кем я? 
- Не хочу тебя расстраивать, дорогуша, - Дашка явно начинала стебаться, - но это не лесбийский рай... это суровая проза жизни. 
- Слав тебе, Господи!!! - почему-то по-петушиному прокричала ТСБ, - Вы живы! 
- Дама, за такой стресс Вы просто обязаны с нами познакомиться, - вдруг обнаглела Митечка, - и только не говорите нам, что вы натуралка и любите мужчин! 
Мы с Дашкой переглянулись - Митечку понесло. 
- Мужчин я, действительно люблю и во-о-о-о-обще я сторонница всего настоящего и натурального....но ради вас, я могу сделать исключение, - быстро согласилась ТСБ. 
- Мужчин? - насторожилась я. 
- Натурального? - напряглась Дашка, - а девушка-то... с душком, - констатировала она вдруг. 
Митечка ничего не слышала. Она была очарована. 
- Ну да... вы же понимаете... - и ТСБ неопределенно махнула ладошкой, - ... меня?! 
- Нет, - отчетливо сказала Дашка, - выражайтесь яснее. 
- Ой, ну куда яснее-то?! Куда?!... 
- Туда... - сказала Дашка и подергала бровями. 
Многозначительно. 
- Э-э-э-э.... Если туда... то Вы, юноша, мне глубоко симпатичны! - сообщила она Митеньке. 
- Хм. - Дашка. 
- Хм... - я. 
- Хм, хм... что простите? - обалдела Митечка. 
- Симпатичны.... 
- Нет-нет... перед этим? 
- Юнош-ш-ш-ш-шаааааа - убийственно прошептала я и Митенька опять грохнулась в обморок. 
- Вы за кого нас принимаете? - обиделась Дашка и проворонила обморочную Митьку, - интересно нам знать? 
- Да?! - разозлилась я. 
- Мы вам там... - Дашка помахала перед носом у тетеньки указательным пальцем, - ... не эти какие-нибудь! 
- Да! 
- Мы, между прочим, - Дашка вошла в раж, - это самое... очень даже! 
- Да!! 
- Мы же и это... - Дашка аж покраснела от возмущения, - очень даже можем!!! 
- Да!!! 
- Вот, - высказалась Дашка и успокоилась. 
- Я все поняла... - расстроилась ТСБ, - извините меня... пожалуйста. - и она исчезла с нашего горизонта. 
- Ох... - горько прошептала Митечка, - и так всю жизнь... всю жизнь сплошные обломы... ох... 
- Не дрейфь! - Дашка раскурила потухшую было сигарету, - У нас еще все впереди! ВСЕ!!! 
- Впереди, это у педиков... а мы девочки скромные... - Митька села на попу ровно. 
- Все в наших руках! - не сдавалась Дашка, - поверь мне, старому товарищу суровых дней!!! 
- Пойдемте, что ли, водку пить... - предложила я, - а то грустно как-то... 
И мы пошли. 


Новые Славянки
Мы - я, Дашка и Митенька задумчиво сидели и как обычно, хотели жрать.
Проблема, для молодых растущих дайковских организмов, более чем серьезная.
- Все, - Митенька была настроена воинственно, - все, сил моих больше нет... ни баб, ни водки, ни мяса жареного... каторга.
Быстро подсчитали финансы.
- На лярву не хватит, - затянулась сигаретой Дашка, - но на пакетик арахиса - вполне.
В пузе заурчало.
Рынок уже закрывался и айзеры с коварными лицами подозрительно косились на нас.
- Не подскажите, - обратилась к единственному русскому лицу из торгашей, - где тут у вас орехи дают?
Тетка отшатнулась и испуганно перекрестившись, махнула вглубь.
- Идем, - и Дашка решительно потопала вперед.
Рынок был пуст, торговцы упаковали свои тюки и сидя в ожидании тележек до склада, решали какие-то таинственные и постороннему глазу непонятные вопросы.
- Орехов дадите? - молодой араб посмотрел странно и чего-то буркнул.
- Чего?
- Закрыт мы! - объяснил он, - Искать надо! Сложил все!
- Дайте, - злилась Дашка, - Дайте, дяденька, дайте! Очень надо.
Араб упрямился и давать не хотел.
Под звуки их склоки, я озаботилась другой проблемой - исчезновением Митеньки...
- Даш... - я беспомощно потянула ее за рукав, - Дааааш... а Митеньки-то нетууу...
- Уйди ты! - Дашка была захвачена боевыми действиями с арабом и ей было явно не до нас.
- Угу, - буркнула я и отправилась на поиски.
Рынок очень вдруг как-то вымер и застыл в ожидании нехорошего.
- Странно, - поежилась я, лампочки ватт на 40, не больше, мигали под потолком и от них болели глаза. Складские двери в ряд по коридору напоминали шлюзы подводных лодок, - Холодильники, - догадалась я, и тут...
- Помогите!.. - прошептал вдруг кто-то прямо в ухо... Испуганно вздрогнув, я прислушалась - тишина. Мертвая.
- Глюки, - решила я, - От голода совсем уж крыша едет, и шагнула дальше...
- Помогите... - дыхнули в шею синими губами, - Помогите...
- Митенька! - обомлела я, - это же Митенька!... Черт! В холодильнике! На кой хер ее?!... ДАШКААААААА!!! - пионерским горном проревела я - ДАШКА БЛЯЯЯЯЯЯЯЯ!
Примчавшаяся Дашка быстро врубилась в ситуацию.
- Ищем! - и гончей кинулась обнюхивать двери холодильных камер, - Тут! - победоносно проорала она и, собрав все наши слабые женские силы, мы с хрустом отодрали неподъемную дверь.
Митенька была еще жива. Большие слезы вмерзли в ее щеки и блистали хрусталем. На махровых, от снега, стенах висели замороженные туши осетров и еще какой-то непонятной, но большой, рыбы.
- Митенька!... - с любовью и облегчением мы распахнули свои объятия, но попасть в них Митеньке так и не удалось.
- Стоять, бля! - рухнуло за спиной и сухо хрустнул затвор автомата, - стоять, бля! - И нас выволокли на свет божий.
Первое, что мы увидели - белого и трясущегося араба, руками зажимающего расквашенный нос и здорового лоха в камуфляжной форме.
- К стене, - прорычал он, - ноги раздвинуть, руки за голову! За голову, я сказал!!!
Бастовать мы не решились и нас ошарашенных, швырнули на стенку.
Там уже был размазан рядок.
- Облава, - прошептал нам какой-то заморыш из хиппарей, - вы все скинули?
- Бляяяяяяя... - и нас привиделась отмененная гейская статья, - вот, пиздец, попали.
- Скинули-то все? - настаивал заморыш, - ничего нет?
- Чего нет-то? - попытались выяснить мы, но не успели:
- Вы! - и в ребра въехало дуло автомата,
- Действительно больно, - подумалось мне, и сразу припомнили жалобы на жестокое обращение задержанных по телевизору, - синяк небось останется...
- Оглохли, блядь! Все из карманов!
В карманах ничего не было, кроме отбитого-таки у араба, арахиса, студенческих билетов и у Дашки еще пачка презерватовов с романтическим названием "Long Night".
- Даша-а-а-а... - забыв обо всем, обалдели мы, - Дарья-я-я-я...
Дашка стремительно покраснела и бросилась выснять отношения с ОМОНом:
- Мы студенты!!! - проорала она, - и вы не имеете права!!!
- Мда? - спросил мент, поигрывая отнятым у заморыша свежекупленным шприцом, - а почему она тогда, - и он кивнул на меня, - лысая?! А?!
Впервые в жизни прокляла свою шевелюру.
- У меня рак, - сочно и мрачно сказала я, - и я скоро умру.
Мент немного расслабился и принялся многозначительно рассматривать Дашкины гондоны.
Мы почувствовали себя ТАК неудобно.
- Лучше бы я в холодильнике сдохла, - пробурчала оттаявшая Митенька, - с осетрами.
Мне-то бояться было нечего - у меня ведь рак. Вдруг он заразный, кто знает?
- Мы не наркоманы, - очень откровенно вдруг призналась Дашка, - честное пионерское!..
От неожиданности мент вздрогнул и в нем проснулось человеческое.
- Ладно, - сказал он, - идите... и вы знаете, - неожиданно признался он, - у меня тоже сестра лысая...
На улице мы лишь убыстряли шаги и долго молчали.
- Да ладно, - не выдержала наконец Дашка, - чего вы?!
Мы утерли носы и пошли быстрей.
- Да девки! Ну, надо было! - Дашка заглядывала поочередно нам в глаза, - у меня в магнитофоне резиночки износились... ну и надо было заменить!
- Презервативами?! - сорвалась вдруг Митечка, - Да?! Презервативами?!
- Да, - с облегчением зачастила Дашка, - там это, колечки очень по размеру подходят! Вот те крест, я сначала аптекарской пробовала, так она большая больно! Не годится! Вот и пришлось...
- Точно? - серьезно поинтересовались мы.
- Да что б мне без пальцев остаться и язык откусить! - страшной клятвой поклялась Дашка.
- Ну, ланно тада... - мы с Митечкой подобрели и вспомнили что хотим жрать, - пойдем, что ли у кого денег займем...
После такого надо выпить.

Определенно, надо.

Питер, апрель 2000